ФСТ России | Портал расскажет всё

Интервью и выступления

Для представителей СМИ и всех заинтересованных лиц действует рассылка новостей ФСТ России.

Представители СМИ также могут отправить запрос в пресс-центр ФСТ России.

 

Попов Олег Анатольевич,
советник Руководителя ФСТ России, руководитель пресс-центра.

Попова Валерия,
специалист.

Телефон пресс-центра ФСТ России:

(495) 620-50-66, факс (495) 620-50-81

Адрес электронной почты:

11.02 /2014 15:27 (изменено 14.03 /2014 15:52) версия для печати

Портал расскажет всё

«Интервью с заместителем руководителя Федеральной службы по тарифам О.Г.Аллилуевой»

О.Г.Аллилуева, заместитель руководителя ФСТ России

Источник публикации: "Российская Бизнес-газета", № 934(5) от 11.02.2014 г.

На обсуждении в правительстве находятся два законопроекта, подготовленных Федеральной службой по тарифам. Это проект федерального закона "О внесении изменений в Федеральный закон "О естественных монополиях" и иные законодательные акты Российской Федерации" и проект федерального закона "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части раскрытия информации и информатизации регуляторных процессов в сферах естественных монополий и иных регулируемых сферах". Подробности «РБГ» узнала у заместителя руководителя Федеральной службы по тарифам Ольги Аллилуевой.

- Речь идет о том, что Законом о естественных монополиях с 2008 года установлены стандарты раскрытия информации, по которым естественные монополии обязаны предоставлять информацию о своей деятельности, включая инвестпрограммы, цены на тарифы, информацию об установленных параметрах качества услуг и так далее. Формы раскрытия информации утверждены уполномоченными федеральными органами власти. Субъекты естественных монополий раскрывают данную информацию преимущественно на своих сайтах. Но, как показывает практика, не всю. Сложно проверить информацию на предмет адекватности и качества. Правительством и экспертами в 2012 году при разработке "дорожной карты" по развитию конкуренции было принято решение о целесообразности создания отдельного портала по раскрытию информации, причем как субъектами естественных монополий, так и самими органами регулирования в отношении принимаемых ими решений.

У нас несколько тысяч регулируемых организаций. Мы будем стараться делать удобный поиск и удобный вид для различных категорий потребителей, как для населения, так и для квалифицированных потребителей. Пользователь может номинировать себя как физическое лицо и получать информацию в более удобном виде, а как юридическое лицо, т.е. как квалифицированный потребитель - с большей степенью аналитики и детализации. Как отражено в нашем законопроекте, на портале будут размещать информацию регуляторы, включая отраслевые министерства. Мы надеемся, что автоматизация этого процесса позволит еще и обеспечить автоматизированный контроль за размещаемой информацией.

В качестве обязательной нормы вводится необходимость публикации тарифной заявки регулируемой организации - регулируемый субъект перед тем, как отнесет ее регулятору, обязан минимум за 30 дней разместить свою тарифную заявку на портале. Ряд компаний, в частности те, где государству принадлежит более 50%, будут обязаны проводить общественные слушания тарифной заявки с потребителями и отвечать на их замечания. Регулятору же тарифные заявки будут вноситься с учетом обратной связи с потребителями.

Ряд экспертов и представителей органов государственной власти полагают, что нужно вообще лишить субъекты естественной монополии права на коммерческую тайну. Позиция ФСТ - это взвешенный баланс между чувством меры и принципом необходимости и достаточности. Ведь на любое жесткое регулирующее воздействие может быть и обратная реакция. В частности, субъекты естественной монополии могут не представлять информацию, ссылаясь, что они не могут раскрывать договора со своими потребителями. На Инвестиционном форуме в Сочи субъекты естественных монополий готовы были снять грифы коммерческой тайны и говорили об этом, но раскрываться предложили всем. Это интересно тем, кто планирует передел собственности. Но в интересах ли это потребителей? Я думаю, что представители металлургических заводов и крупных компаний, которые предлагают эти нормы, не понимают, что их собственные договоры по электроснабжению, тепло-, водоснабжению точно так же будут раскрыты. Но при этом есть еще и юридическая сторона - субъекты естественных монополий даже при самых жестких нормах не будут раскрывать все свои тайны, объяснив, что это тайна третьего лица и они несут ответственность за ее нераспространение. У нас сейчас идут профессиональные дискуссии с экспертами, юристами, представителями других министерств, мы пытаемся понять именно ту грань необходимости и достаточности информации и других регуляторных норм.

Также не стоит забывать про главное обоснование нераскрытия информации в странах Европейского союза - если это негативно повлияет на привлечение инвестиций в регулируемую компанию.

- Как в целом происходит ценовое регулирование естественных монополий?

Ольга Аллилуева: Ценовое регулирование, которое осуществляет ФСТ, можно разделить на два больших блока - прямое ценовое и косвенное регулирование.

В ряде сфер мы не применяем и не устанавливаем жесткий тариф. К примеру, в сфере фиксированной телефонной связи, где государственному ценовому регулированию подлежит только верхняя планка возможного изменения тарифов по трем обязательным тарифным планам, которые оператор связи обязан предоставить потребителю, если он обратился за такого рода услугой. То есть у оператора есть возможность снижать стоимость регулируемой услуги, а также формировать любые другие тарифные планы (например, в пакете с Интернетом или цифровым телевидением) по любой цене, развивая сервис и привлекая абонентов.

- Но есть и уязвимые потребители!

Ольга Аллилуева: В ходе реформирования стало понятно, что для защиты интересов потребителей, особенно уязвимых, к которым страны ЕС вправе отнести определенную категорию, например, малого бизнеса, домохозяйства и людей с ограниченными возможностями, сельских производителей и так далее, возможно применение различных форм госрегулирования и социальных дотаций. Так реализуется принцип социальной солидарности. Например, в США во многих сферах не ликвидировано перекрестное субсидирование как таковое, о котором сейчас так много говорится в России. Там различные группы потребителей оплачивают, дотируют другие группы потребителей, которых условно можно отнести к уязвимым категориям.

И у нас это есть в виде исторического перекрестного субсидирования. Компании платят более высокую цену за потребляемую электроэнергию, чем население. Хотя по экономике должно быть наоборот. Сегодня как раз обсуждается вопрос сокращения перекрестного субсидирования и введения социальных норм потребления и специальных тарифов.

- А в чем разница между экономическим регулированием и антимонопольным?

Ольга Аллилуева: Антимонопольное регулирование в отношении субъектов естественных монополий реализуется в еще более жестких нормах, как бы это не парадоксально звучало. Дело в том, что классическое антимонопольное регулирование вводится по факту выявления злоупотребления доминирующим положением хозяйствующего субъекта. В отношении субъектов естественных монополий нет необходимости выявлять то, что они занимают доминирующее положение, они уже и так в силу закона его занимают. Им заранее устанавливаются регулируемые нормы и поведенческие правила и стандарты для того, чтобы именно эти злоупотребления предотвратить, в том числе отраслевыми правилами недискриминационного доступа и требованиями о стандартах раскрытия информации.

Существует разница между экономическим регулированием, которым мы занимаемся, и антимонопольным. Антимонопольное - это выявили нарушение - ввели регуляторную норму, в том числе ограничили цену или ввели поведенческие условия. В сферах естественных монополий уже действует и ценовое регулирование, и правила доступа к услугам, они уже обременены различными нормами, в том числе по раскрытию информации о своей деятельности. Естественные монополии обязаны согласовывать все свои сделки с производственными и непроизводственными активам с антимонопольным органом. В этом смысле антимонопольное регулирование естественных монополий намного более жесткое, чем регулирование конкурентных рынков.

- Так кто же должен осуществлять регулирование в отношении естественных монополий?

Ольга Аллилуева: В нашей стране устроено так, что если это естественная монополия, то все, что связано с ее деятельностью, регулируем мы. А вопросы, которые в основном связаны с взаимоотношением естественной монополии с потребителями - антимонопольная служба. Во всем мире по-другому. Там регулятор является регулятором отношений между регулируемой организацией и ее потребителем. Это сфера регулятора. А антимонопольный орган рассматривает только крупные сделки по слиянию и поглощению, то есть серьезные сделки по изменению структуры бизнеса. Но конкретные споры потребителя с естественной монополией антимонопольная служба практически не рассматривает в силу информационных преимуществ регулятора. В частности, по директивам Европейского союза в электроэнергетике и газе регулятор обязан рассмотреть жалобу в течение двух месяцев. Поскольку у него есть информационная база за предшествующий период регулирования, ему не нужно требовать информацию и изучать дело, после чего выносить решение. Если нет достаточной информации или рассматривается сложный вопрос, дело может быть продлено. Как показывает практика, в случае антимонопольного или судебного рассмотрения дело может идти годами, в том числе с учетом обжалования решения антимонопольного органа.